Страны не выполняют свои антикоррупционные обязательства

Transparency International выпустила доклад о выполнении требований Конвенции ОЭСР от 1997 г. по борьбе с подкупом иностранных должностных лиц при осуществлении международных коммерческих сделок. Юрист Центра "ТИ-Р" Денис Примаков рассказал о содержании исследования.

 

Конвенция – один из основных международных инструментов по противодействию коррупции, что подтверждает и Государственно-правовое управление Президента РФ. Наша страна ратифицировала Конвенцию больше года назад, 13 февраля 2012 года, и в российское законодательство уже внесен ряд изменений. Задачей исследования Transparency International было посмотреть, как в разных странах выполняются требования этого важного международного документа.

 

Все страны разделены на четыре группы. В первую входят четыре страны с наилучшим  уровнем правоприменения – США, Великобритания, Германия и Швейцария. США и Великобритания выступали инициаторами создания международного механизма, который бы препятствовал неконкурентному заключению контрактов при помощи подкупов. Германия  же и Швейцария исторически славятся  повышенной ответственностью и прозрачностью административных процедур.

 

Во вторую группу попали страны с умеренным уровнем правоприменения. В докладе признается, что Италия, Австралия, Австрия и Финляндия принимают недостаточно усилий по выполнению требований Конвенции.

 

В третью группу «ограниченного правоприменения» входят десять стран. Это государства с разным уровнем политической стабильности (Венгрия и Норвегия), с различным уровнем экономического развития (Болгария и Дания), с различными формами государственного устройства (Канада, Аргентина, Швеция) и месторасположением (Португалия и ЮАР).

 

В последнюю группу «слабого правоприменения» включены двадцать стран: Россия, Япония, Нидерланды, Корея, Бельгия, Турция, Словения, Греция, Словения, Новая Зеландия, Израиль, Южная Корея, Чили и Бразилия. Что объединяет  такие разные страны? Нет сомнений в том, что в Испании и Нидерландах на сегодняшний день существуют демократические режимы. С большой долей уверенности можно утверждать, что Турция, Израиль или Россия демонстрирует определенные элементы политической нестабильности.

 

Дело в том, что методология анализа построена, в том числе, на анализе связанных с применением Конвенции дел за период с 2009 по 2012 г.

 

В 2012 г. в США было инициировано 24 дела, во Франции (из третьей группы) было инициировано всего два дела, а в Эстонии и Греции (из четвертой) - ни одного. Оценка также включала следующие критерии:

  1. Адекватность правового регулирования;
  2. Качество правоприменения;
  3. Доступ к информации о делах;
  4. Уровень работы по усовершенствованию законодательства и правоприменения в этой области.

Например, Канада, попавшая в третью группу, с 2009 по 2012 г.,  инициировала расследования трех дел в этой сфере, однако канадский Закон о противодействии подкупа иностранных должностных лиц (CFPOA) вступил в силу только в феврале 2013 г. Кроме этого, отдел противодействия коррупции при Канадской королевской полиции предоставляет информацию о проведении расследования по данным делам не на постоянной основе, а от случая к случаю. Другие правоохранительные органы не публикуют информацию по своей работе до тех пор, пока дело не поступает в суд. Поэтому Канаде был присвоен сравнительно низкий рейтинг, и она попала в группу стран с уровнем "ограниченного правоприменения".

 

Чили, помещенная в рейтинге в четвертую группу, с 2009 по 2012 г. инициировала досудебное расследование трех дел, но ни одно из них не дошло до суда. В отчете отмечаются и другие проблемы: отсутствие защиты информаторов по коррупционным делам (защита предоставляется только публичным должностным лицам на ограниченный период), и  децентрализованная система работы с делами по коррупции в рамках Конвенции. Все это делает борьбу с коррупцией неудовлетворительной и неэффективной.

 

Другой примечательный пример – Нидерланды. Несмотря на наличие двух дел в производстве правоохранительных органов, законодательство этой страны не предусматривает жестких санкций за нарушения положения данной Конвенции, а информация предоставляется компетентными органами только через официальный запрос.

 

Таким образом, двадцать стран практически ничего не делают, чтобы отслеживать коммерческий подкуп зарубежных публичных лиц. 23 государства не предусматривают уголовного преследования за подкуп иностранных должностных лиц в своем законодательстве.

 

На их фоне Россия выглядит не так плохо: у нас, по крайней мере, приняты изменения в законодательстве. Однако положительные моменты нивелируются практически полным отсутствием системы защиты заявителей о коррупции, а также неполной информационной открытостью по делам такого рода. Вопросы возникают и к расследованиям по этим делам. Например, что слышно по делу Daimler? А про коррупционные сделки Abolone Investments Ltd., которая была специально создана Россией для легализации денег, направленных на погашение долга Анголы, у нас вообще мало кто слышал.

 

В общем, России пока есть куда стремиться.

 

Дополнительные материалы:

 

icon Exporting Corruption report - 2013 web_embargo (1.74 Мбайт)

icon Пресс-релиз. Многие страны до сих пор игнорируют подкуп иностранных чиновников (40.31 Кбайт)