Елена Панфилова: "Нам не нравится статус иностранного агента, и это мягко сказано"

О нас - СМИ о нас

Российское отделение международного антикоррупционного движения Трансперенси Интернешнл 26 апреля получило предостережение, подписанное заместителем прокурора Москвы Ведерниковым. В нем гендиректор Центра ТИ-Р Елена Панфилова предупреждается "о недопустимости нарушения действующего законодательства и об ответственности в случае его нарушения". По просьбе РАПСИ глава организации, занимающейся антикоррупционными исследованиями, рассказала о предостережении и его правовых последствиях.

- Елена Анатольевна, чем вызвано появление этого документа?

- Предостережение появилось по итогам третьей за три месяца проверки нашего НКО. В феврале прошла плановая проверка Минюста. Согласно акту этой проверки, который есть у нас на руках, никаких особенностей, странностей или нарушений российского законодательства в нашей деятельности выявлено не было. Потом 27 марта к нам, как и ко всем остальным НКО, пришла комплексная проверка с участием представителей Минюста, налоговой службы и прокуратуры. Они проверили всю ту же документацию, что и в феврале, - и финансовую, и содержательную – с 2010 по 2012 год. Почти месяц от них не было ни слуху, ни духу, а 24 апреля снова появилась прокуратура и попросила данные о нашей деятельности и движении средств уже в 2013 году. И вот 26 апреля нам вручили предостережение, которое, на мой взгляд, никоим образом не связано с содержанием всех предыдущих проверок.

- О чем в нем говорится?

- В предостережении, в частности, зафиксировано, что до момента вступления в силу поправок в законодательство об НКО, которые ввели понятие "иностранного агента", мы получали иностранное финансирование. После вступления поправок в силу у нас его не обнаружили. Зато обнаружили нечто напоминающее политическую деятельность. Этим документом нас предостерегают от того, чтобы мы в дальнейшем...

- Не получали деньги из-за бугра.

- Да, не получали денег из-за границы. А если мы их получим, мы должны будем зарегистрироваться в качестве иностранного агента. Потому что в соответствии с законом не любые организации, получающие деньги из иностранных источников, являются иностранными агентами (как это часто преподносят СМИ), а только те, у которых совпадают два условия: должно быть иностранное финансирование и должна быть политическая деятельность.

Так вот, этим предостережением нам сообщают, что у нас усматривают политическую деятельность. Теперь в случае, если у нас появятся иностранные деньги, мы станем иностранным агентом.

Забавно, что нашим близким партнерам – региональной организации, также занимающейся антикоррупционной деятельностью, – вручили ровно обратное предостережение: им сообщили, что у них выявлены иностранные деньги, но не выявлена политическая деятельность. Получается, мы здесь имеем очень широкое раздолье для трактовок.

- Что требует от вас прокуратура?

- Документ от нас ничего не требует. Просто мы должны сидеть и не получать иностранные деньги, если мы не хотим быть иностранным агентом. А если нам все равно – мы можем получать деньги, но должны идти регистрироваться в Минюст.

Тут возникает серьезная проблема, потому что в предостережении, которое нам выдали, содержится, на мой взгляд, очень много правовых неточностей в части определения, что такое политическая деятельность, и именно эту часть мы планируем оспорить в суде. Это случится либо между праздниками, либо сразу после длинных праздников.

- Можете пояснить, в чем конкретно вы видите неточности?

- Не хотелось бы раскрывать правовую позицию, которую мы готовим для суда, но неточности можно усмотреть из простого сопоставления текста закона и предостережения. Закон говорит о том, что НКО признается участвующей в политической деятельности, если она участвует в организации и проведении политических акций в целях воздействия на принятие государственными органами решений, направленных на изменение проводимой ими государственной политики, а также в формировании общественного мнения в указанных целях.

В предостережении говорится, что фактическая деятельность нашего НКО свидетельствует о его участии "в формировании общественного мнения о проводимой государственной политике в правоохранительной и других сферах на территории РФ и воздействии на принятие органами государственной власти РФ решений, в том числе нормативно-правовых актов".

Но мы отнюдь не предпринимаем действий, направленных на изменение государственной политики в сфере противодействия коррупции – мы поддерживаем эту политику и стараемся содействовать тому, чтобы слова не расходились с делом.

- А почему у вас не было финансирования из-за рубежа после принятия поправок в закон об НКО? Специально чтобы не получать статус иностранного агента?

- Мы планируем в дальнейшем получать иностранное финансирование, но с 21 ноября прошлого года у нас действительно не было поступления денег из-за рубежа. То, что нам не нравится статус иностранного агента, - это мягко сказано. Мы будем до последнего оспаривать правовой статус всей этой конструкции об иностранных агентах. На наш взгляд, принятие этой нормы можно рассматривать как злоупотребление правом. В том числе потому, что произошел подлог понятия "политическая деятельность". Мы никаким образом не хотим иметь ничего общего с этой нормой закона.

РАПСИ